USD/KZT 371.31 
EUR/KZT 419.32 
 KAZAKHSTAN №5, 2014 год
 Пойдем на понижение?
АРХИВ
Нефтяной рынок: прогнозы МЭА

Как долго будет продолжаться в США рост добычи сланцевой нефти и нефтяных песков в Канаде? Какое воздействие это окажет на добычу североамериканских углеводородов к концу десятилетия? Удастся ли другим странам повторить успех Штатов? Нужно ли будет добывающим компаниям из блока ОПЕК «освободить место» для новых поставщиков? На эти и другие вопросы отвечает отчет Международного энергетического агентства «Medium-Term Oil Market Report 2014», основные выводы которого мы и представляем нашим читателям.

Североамериканский бум, начиная с момента его возникновения, постоянно превосходит ожидания. Так, например, объемы добычи в США и Канаде по итогам 2013 года оказались на 330 тыс. б/с больше, чем прогнозировалось в начале года. По вполне понятным причинам «открытие» этого нового источника УВС часто описывается как наступление эпохи энергетического «изобилия». Тем не менее снижения цены на нефть, которого все закономерно ожидали, пока не наблюдается. Как не произошло и общего роста глобальных поставок, которые, напротив, преподнесли неприятный сюрприз. Сегодня мировое предложение углеводородов во многих отношениях более ограничено, чем оно было в начале американского бума добычи сланцевой и трудноизвлекаемой нефти, и значительно ниже, чем оно было год назад. А потому неудивительно, что цены на нефть остаются стабильно высокими.

Рост поставок из традиционных источников резко замедлился. Причем по причинам, которые не имеют практически никакого отношения к появлению новых, нетрадиционных ресурсов. Так, добыча ОПЕК в 2013 году была на 850 тыс. б/с ниже, чем годом ранее, что частично уравновесило рекордный рост североамериканских поставок в размере 1,35 млн б/с. Несмотря на то что прогноз мощностей ОПЕК по сырой нефти в среднесрочной перспективе в целом согласуется с последними тенденциями, предполагая прирост на уровне 2,08 млн б/с в период с 2013-го по 2019 год, следует учесть, что основным его источником будет Ирак, который сам подвержен серьезным политическим рискам. Хотя за последние годы этой стране удалось поднять объем добычи и экспорта на уровень 30-летнего максимума, основными угрозами для Ирака остаются слабые институты, бюрократическая волокита и резкий рост насилия на религиозной почве.

Тем временем мировой аппетит на энергоресурсы продолжает расти, хотя сочетание высоких нефтяных цен, экологических проблем, технологического прогресса и других факторов сигнализирует, что спрос на нефть, как и ее поставки, вероятно, переживает процесс трансформации. Скорее всего, точка перелома будет достигнута во второй половине этого десятилетия, после чего переход на другие виды топлива и природоохранные меры ослабят влияние экономического развития и роста численности населения.

Еще одним моментом, который часто не берется в расчет в дискуссиях о перспективах нефтяного рынка, является вопрос адаптации инфраструктуры транспортировки и переработки углеводородов в соответствии с быстро меняющимся предложением и спросом на те или иные продукты. Негативной стороной резкого роста нефтедобычи в США является то, что их светлая нефть сильно отличается от того типа нефтепродуктов, в котором больше всего нуждается глобальный потребитель. Необходимость преодолеть этот барьер придает новый импульс трансформации в сегментах mid- и downstrem, на которые уже повлиял сдвиг спроса, — от развитых экономик ОЭСР к быстро развивающимся и индустриализирующимся рынкам. Парадоксально, но, несмотря на общую тенденцию роста потребления, объемы торговли сырой нефтью сокращаются, поскольку все больше сырья перерабатывается вблизи промыслов. Однако это не следует понимать как свидетельство того, что нефтяной рынок становится менее взаимозависимым. Наоборот, связи между производителями, переработчиками, трейдерами и потребителями становятся глубже, все более усложняющимися и многосторонними.

 

Революция поставок нетрадиционных УВС вступает в новую фазу

Положительным моментом является то, что уже до конца этого десятилетия революция в области добычи сланцевой и трудноизвлекаемой светлой нефти (LTO) скорее всего начнет распространяться за пределы США, то есть значительно раньше, чем ожидали в МЭА. По некоторым оценкам, американские ресурсы LTO не превышают 15% от общемировых, а потому многие страны, имеющие перспективы в этой сфере, стремятся повторить историю успеха США. Хотя ни одна из них не имеет того уникального сочетания факторов, которые сделали возможным возникновение американского бума, тем не менее некоторые игроки уже предпринимают политические шаги в сфере налогообложения и регулирования, чтобы ускорить развитие своего потенциала с учетом опыта и технологий, накопленных в Штатах.

В их числе и Россия, которая уже внесла изменения в систему налогообложения и взимания роялти для стимулирования инвестиций в свои огромные, но сложные для освоения сланцевые ресурсы. Как результат, российские компании и ТНК уже заключили несколько соглашений о создании СП для разработки ряда сланцевых участков Баженовской свиты.

Аргентина спустя два года после экспроприации доли Repsol в компании YPF возобновила переговоры с этой испанской ТНК, тем самым способствуя возвращению других иностранных инвесторов.

Мексика проводит крупнейшую реформу энергетического сектора с момента национализации нефтяной промышленности в 1938 году, что вновь создает благоприятные условия для добывающих компаний.

Согласно прогнозам МЭА, к 2019 году поставки трудноизвлекаемой нефти за пределами США могут достигнуть 650 тыс. б/с, включая 390 тыс. б/с из Канады, 100 тыс. б/с — из России, 90 тыс. б/с — из Аргентины. На LTO уже приходится примерно половина объема добычи на мексиканском месторождении Чиконтепек (около 70 тыс. б/с), который к концу десятилетия должен вырасти вдвое. К этому времени небольшие объемы LTO начнет добывать Австралия, которая также имеет серьезный потенциал. И все это будет только началом крупномасштабного роста поставок, который ожидается в следующем десятилетии.

Между тем в США продолжается широкомасштабный рост добычи трудноизвлекаемой нефти, преобразующее влияние которого как для страны, так и для мира в целом невозможно переоценить. Еще менее десяти лет назад Штаты были крупнейшим в мире импортером нефтепродуктов, закупая, к примеру, в 2005 году до 2,5 млн б/с. Казалось, что добыча сырой нефти в США неумолимо снижается, а уже сегодня они стали крупнейшим производителем и экспортером ШФЛУ, опередив Саудовскую Аравию и Россию. К концу десятилетия Северная Америка в целом достигнет энергетической «независимости» и станет чистым экспортером нефти. Предполагается, что чистый импорт сырой нефти составит 2,6 млн б/с, а потенциал чистого экспорта продукции достигнет 3,5 млн б/с, что сделает ее титаном на товарных рынках. Вслед за этим возникнет задача: как привести ассортимент продукции в соответствие со структурой мирового спроса и адаптировать инфраструктуру хранения и экспорта с учетом увеличения объемов.

Это не означает, что рост поставок трудноизвлекаемой нефти из США будет продолжаться вечно. Ожидается, что к тому времени, когда поставки из Штатов достигнут беспрецедентного уровня, темпы производства замедлятся. О приближении периода стабилизации добычи свидетельствуют такие факторы, как рост доли поставок с более высокой себестоимостью, возросшие процентные ставки, увеличивающие расходы на бурение новых скважин, а также снижение оценок ресурсов на неосвоенных сланцевых месторождениях, таких как Монтерей в Калифорнии.

Смотреть таблицу глобального баланса

 

Поставки ОПЕК в зоне нестабильности

В отличие от бума в области LTO, поставки традиционных ресурсов сталкиваются с серьезными препятствиями. Это особенно заметно в отношении стран ОПЕК. Снижение в 2013 году объемов добычи не обязательно следует рассматривать как признак более медленного, чем ожидалось, роста мощностей в среднесрочной перспективе. Прогнозируется, что произойдет 60-процентное увеличение добычи в Ираке, где в начале июня (когда готовился к выходу отчет МЭА) конфликты на почве межрелигиозной розни достигли своего апогея. Учитывая нестабильную политическую ситуацию, риск падения оказывает серьезное влияние на любые прогнозы. Все более иллюзорным на ближайшую перспективу выглядит ожидаемый выход из кризиса Ливии, который в среднесрочном периоде вообще может быть сорван.

Несмотря на многочисленные спекуляции, последние показатели объемов добычи ОПЕК и среднесрочный прогноз по ним имеют мало общего с конкуренцией со стороны нетрадиционных поставок. Проблемой для почти всех добывающих стран ОПЕК являются истощающиеся месторождения. Кроме того, все больше ТНК уклоняются от участия в крайне слабых рамочных программах по инвестированию, особенно учитывая более привлекательные условия в странах, не входящих в ОПЕК, где риски менее высоки. Как результат, большинству членов ОПЕК, рассчитывающих на иностранные инвестиции, не удалось привлечь достаточно капитала и экспертизы для развития своих ресурсов. Во многих из них политические потрясения и проблемы безопасности становятся все большим препятствием для роста производства, а иногда и прямой причиной перебоев в поставках.

Следует учесть, что ОПЕК представляет собой довольно разнородную группу стран, а потому необоснованные обобщения не могут адекватно отражать динамику всего картеля. «Темной лошадкой» остается Иран — при неопределенности исхода нынешних ядерных переговоров с пятью постоянными членами Совбеза ООН, также Германией и ЕС. Даже если и будет достигнуто послабление международных санкций в отношении ИРИ, это вряд ли приведет к быстрому восстановлению ее объемов добычи. Продолжает резко расти производство в Ираке, однако и там состояние безопасности представляет серьезную угрозу и вызывает задержки. В частности, военное наступление боевиков ИГИЛ, которые молниеносно захватили Мосул (второй по величине город Ирака) и Тикрит, наглядно продемонстрировало рынкам и миру в целом, насколько неустойчивой и нестабильной остается политическая ситуация в стране. Это наступление не только вызывает обеспокоенность по поводу будущих объемов добычи (включая действующие и новые проекты), но и бросает тень на функционирование государственных органов и даже на стабильность во всем регионе. Если говорить о Саудовской Аравии, то она продолжает инвестировать в создание производственных мощностей, хотя и не с целью наращивания чистых объемов. Новые источники предложения позволят разгрузить старые месторождения, а добыча газа нацелена на производство электроэнергии. Кроме того, все больше объемов сырья будет перерабатываться внутри страны.

Неожиданные задержки в реализации проектов за пределами ОПЕК вызвали проявление «ресурсного национализма». Помимо уже привычного цикла повышения налогов и платы за право разработки недр, а также пересмотра условий контрактов, вызванного оживлением спроса на рынке в 2002–2008 годах, в последние годы во многих принимающих странах наблюдается усиление требований в отношении местного содержания, что сдерживает рост объемов добычи. В частности, весьма обременительными и зависящими от таких факторов, как глубина моря, категория расходов и этап разработки, являются требования по местному содержанию в Бразилии. И хотя эта страна имеет гораздо более устойчивую и диверсифицированную промышленность, чем многие другие крупные нефтедобывающие государства, даже она зачастую неспособна обеспечить местные ТРУ, необходимые для разработки сверхглубоководных месторождений.

За последние пять лет значительно укрепились требования в отношении местного содержания в Казахстане (особенно с точки зрения привлечения отечественных специалистов, в том числе на руководящие должности). Некоторые аналитики даже объявили отсутствие местных квалифицированных кадров одной из причин тех проблем, которые возникли на проекте Кашаган в связи с разрушительными утечками на трубопроводах.

В свою очередь Мексика, открывая свой нефтяной сектор для инвесторов, в новых подзаконных актах, которые уже в ближайшие месяцы будут рассматриваться Конгрессом, установила требование по доле местного содержания на уровне 25%.

И хотя задачи, которые политики стремятся решить с помощью local content, являются действительно важными и вполне обоснованными, все же чрезмерно обременительные, жесткие и недостаточно сфокусированные требования могут легко привести к неприятным последствиям и замедлить темпы реализации проектов с участием частного бизнеса и иностранных инвесторов.

Смотреть графики

 

Переломная точка в росте спроса

К концу 2019 года совокупный мировой спрос на нефть перешагнет отметку в 100 млн б/с, что означает прирост потребления на 7,6 млн б/с. Однако, скорее всего, происходить это будет не линейно. Похоже, что до конца десятилетия рынок достигнет точки перелома и рост может начать замедляться. Сочетание высоких нефтяных цен, экологических проблем и появление более дешевых и чистых альтернативных видов топлива приведет к переходу к другим видам энергии и к экономии ресурсов в целом. Хотя «максимальный спрос» на нефть в развивающихся странах может сохраняться еще много лет, пик спроса на нее для рынка в целом уже не за горами.

Из-за растущей конкуренции между разными видами топлива, более эффективных технологий и политики в области окружающей среды факторы экономического развития и роста численности населения могут частично отойти на второй план. Таким образом, циклическая тенденция к повышению спроса на нефть, которая происходит параллельно с лежащим в ее основе экономическим подъемом после финансового кризиса и Великой рецессии, к концу десятилетия будет все более замедляться. Поднявшись с нижнего уровня в 610 тыс. б/с в 2011 году, в 2012-м рост спроса на нефть достиг 1,1 млн б/с, а в 2013-м — 1,2 млн б/с. По прогнозам, по мере того как глобальный экономический рост поднимется с 3% до 3,8%, он получит дополнительный импульс — до 1,3 млн б/с в 2014-м и 1,4 млн б/с — в 2015 году. В дальнейшем, по мере увеличения поставок газа, спрос на нефть плавно снизится к 2019 году до 1,1 млн б/с.

В некоторых странах барьеры для спроса будут гораздо сильнее, чем в целом по рынку. В США экономия нефти будет определяться обилием сланцевого газа как относительно недорогой и сравнительно чистой альтернативы, которую усилит действие политики в области энергоэффективности. Ужесточение в США стандартов экономичности автомобильного топлива и меняющиеся потребительские предпочтения, похоже, развернет американский спрос на бензин (а это примерно 10% от глобального спроса в баррелях) на курс по снижению, который начался в 2007 году, однако неоднократно прерывался в 2010-м и второй половине 2013 года.

В числе других достойных внимания отраслей, которые в последние годы выиграли от значительного повышения энергоэффективности, оказалась и авиационная промышленность, в которой с 2006 года наблюдалось значительное снижение спроса, даже несмотря на увеличение валового объема авиаперевозок.

Как уже говорилось, крупные поставки газа будут все больше вытеснять нефть в транспортном секторе США, в том числе в сфере железнодорожного и грузового автомобильного сообщения. Это перспектива, которая казалась немыслимой еще несколько лет назад. В европейских странах ОЭСР нефть также вытесняется из традиционных областей применения газом и ВИЭ, а потому может начать терять свои позиции в транспортном секторе.

Вместе с тем ожидается, что уже в 2014 году страны, не входящие в ОЭСР, достигнут объемов потребления нефти таких же, как и в развитых государствах, а в дальнейшем и значительно превысят их. Но даже на развивающихся рынках все более возрастает необходимость в сокращении потребления нефти. Эту тенденцию подтверждают три набора факторов: высокие издержки, связанные с охраной окружающей среды при неконтролируемом потреблении; высокие финансовые затраты на закуп и налоговые субсидии в странах, зависящих от импорта сырья; издержки упущенной выгоды в связи со стремительным ростом спроса в странах–экспортерах нефти.

Наиболее ощутимые издержки, связанные с охраной окружающей среды, наблюдаются в Китае, который с 2014 года является вторым по величине потребителем и самым крупным импортером нефти в мире. Выбросы от сжигания угля и использования углеводородов стали представлять собой не только опасность для здоровья, но и угрозу для социальной стабильности КНР. Как и в США, хотя и в меньших масштабах, в Китае все большую долю в потреблении начинает занимать природный газ. Свою роль в снижении нефтяного спроса также играют стратегическая переориентация китайской экономики на внутреннее потребление и более умеренные темпы роста.

Индия — это хрестоматийный пример того, какое влияние на спрос оказывают цены на нефть в странах, являющихся ее импортерами. Ощутив влияние стоимости субсидий на дизельное топливо в условиях высокой ценовой конъюнктуры, правительство приняло политику их постепенного сокращения, что сразу же привело к снижению роста спроса на этот вид топлива. Уже к концу года страна может достичь полной отмены регулирования цен на дизельное горючее, что окажет дополнительное замедляющее воздействие на экономический рост.

Ряд оказавшихся в аналогичных условиях азиатских государств в стремлении уменьшить свои нефтяные расходы уже принял планы по производству биотоплива или же расширил уже существующие мощности.

Что касается стран-экспортеров, то здесь наиболее яркий пример — Саудовская Аравия, которая прилагает максимум усилий по сдерживанию внутреннего спроса и сокращению «вздувающейся» стоимости упущенной выгоды. Быстро растущее население, непредвиденное падение экспортных цен на нефть вкупе с глубоко укоренившимся восприятием бесплатного или недорогого доступа к энергии (как суверенного права) передвинули страну в списке ведущих мировых потребителей нефти с 10-го места в 2005 году на седьмое в 2013-м. Правительство отреагировало проведением политики по сохранению ресурсов, включая ужесточение стандартов энергоэффективности зданий и электробытовых приборов, одновременно продвигая идею использования газа и даже ВИЭ для выработки электроэнергии.

 

Резервные мощности ОПЕК могут быть ниже, чем кажется

Тенденция к снижению роста спроса вкупе с увеличением объема нетрадиционных поставок, казалось бы, создает условия для устойчивого баланса спроса и предложения. Однако новая реальность повышенных производственных рисков свидетельствует об обратном. Перебои поставок и естественное замедление производительности старых месторождений во многом перекрывают увеличение предложения сланцевых углеводородов. И хотя в 2013 году прирост поставок на 1,14 млн б/с в одних только США был практически равен всемирному увеличению спроса в размере 1,24 млн б/с, все же общий объем поставок жидких видов топлива (включая его биологические виды) и нефтепродуктов в среднем составил лишь половину потребления. Как результат, во второй половине прошлого года объемы коммерческих запасов нефти в ОЭСР резко уменьшились и до сих пор остаются на том же низком уровне.

На бумаге прогноз спроса и предложения на оставшуюся часть десятилетия предполагает комфортный уровень резервных производственных мощностей нефтедобывающих предприятий ОПЕК. Ожидается, что в период с 2013-го по 2016 год они поднимутся на 1,23 млн б/с и будут оставаться вплоть до 2019 года на уровне чуть выше 6 млн б/с. Сложность заключается в том, что значительная часть резервных мощностей входит в группу риска нарушений и сбоев, или же для них закрыт доступ на рынок по независящем от ОПЕК причинам (например, внутренние беспорядки или введение международных санкций). На практике лишь небольшая часть косвенных производственных мощностей ОПЕК может быть доступна в любой момент, и почти все они находятся в Саудовской Аравии. Вплоть до 2020 года объемы этих «эффективных» запасных мощностей, вероятно, не превысят 4,6 млн б/с и, скорее всего, в 2014–2015 годах будут оставаться ниже 4 млн б/с.

В последние годы значительно возросла частота и продолжительность перебоев в поставках из не входящих в ОПЕК государств. Это обусловлено как участившимися незапланированными перерывами в энергоснабжении, охватывающими большую часть стран-поставщиков, так и усиливающейся тенденцией замедления плановых ремонтных работ на месторождениях в поздней стадии разработки.

 

Торговля сырой нефтью: все дороги ведут в Азию

Рост производства в Северной Америке имеет глубокое отрицательное воздействие на международные товаропотоки сырой нефти. Причем в оставшуюся часть десятилетия существенных перемен в этой сфере не предвидится. В частности, увеличение внутреннего предложения в США и Канаде заместило импорт, что привело к оттоку соответствующих объемов на другие рынки. Наглядным примером является завозимая в США нигерийская нефть, объемы которой упали с 1,4 млн б/с в ноябре 2007 года до 40 тыс. б/с на начало 2014 года.

Показатели европейского импорта сырой нефти также снизились, но по совершенно иной причине, а именно резкого падения в нефтеперерабатывающей отрасли региона. С другой стороны, азиатские закупки выросли как в абсолютных объемах, так и в процентах от глобального рынка. В апреле 2014 года китайский импорт достиг рекордных 6,8 млн б/с против 7,3 млн б/с, закупленных США (4,6 млн б/с, если вычесть импорт из соседней Канады). Ожидается, что уже в этом году Поднебесная обгонит Штаты по показателям брутто импорта сырой нефти.

До конца десятилетия такая ребалансировка рынка будет только усиливаться. К 2019 году США, благодаря сочетанию роста производства и истощению внутреннего спроса, станут еще более крупным экспортером, чем сегодня, хотя показатели импорта сырой нефти, особенно из Канады, останутся достаточно высокими. В целом, Северная Америка превратится в нетто-экспортера нефти.

В свою очередь, не входящие в ОЭСР страны, во главе с азиатскими, уже к началу 2017 года опередят развитые государства по импорту сырой нефти. К концу десятилетия азиатский импорт сырой нефти достигнет 22,1 млн б/с, или 65% международных продаж, и 27% от общего объема производства сырой нефти.

Перенаправление потоков — это только начало истории, продолжением которой станет ожидаемое падение совокупных объемов торговли. Прогнозируется, что произойдет сокращение международной транспортировки сырой нефти на дальние расстояния, поскольку все больше производителей будут оставлять ее для внутреннего пользования, а НПЗ будут использовать больше местного сырья. Задавать тон в этом будут страны Северной Америки и Ближнего Востока.

Таким образом, тенденции на нефтяном рынке будут характеризоваться как снижением объемов, так и более узкой географией деятельности: меньше сырой нефти будет поставляться за границу, в то время как основные торговые пути будут связывать Азию и производителей с Ближнего Востока, Африки и стран бывшего СССР. И все же торговые отношения между Азией и производителями по другую сторону Тихого океана также будут развиваться, поскольку азиатские НПЗ начнут закупать больше сырья в странах Северной и Южной Америки.

Как прогнозируют в МЭА, основа североамериканского законодательства, регулирующего экспорт нефти, останется без изменений. В то же время она предоставит достаточно гибкие условия для предельного роста экспорта без необходимости проведения полноценной реформы. Изменившаяся рыночная конъюнктура может привести к менее жесткой интерпретации существующего законодательства, в том числе потенциальное включение конденсата на месторождении в список экспортируемых продуктов, дальнейшее улучшение условий внутренней торговли сырьем и т. д. Таким образом, действующее законодательство будет допускать к концу десятилетия, как минимум, предельный рост североамериканского экспорта, а именно канадского сырья и конденсата из США. Все это может привести к увеличению объемов экспортируемого и импортируемого Штатами сырья. Как сильно будет нарушен нетто-баланс, еще только предстоит выяснить.

 

В нефтепереработку пришла эра глобализации

В ближайшие годы нефтеперерабатывающая индустрия будет находиться в стадии серьезных изменений и реструктуризации. Реализацию некоторых планов придется отложить в связи с избытком мощностей. По оценкам МЭА, глобальная производственная мощность переработки нефти увеличится на 7,7 млн б/с и достигнет к 2019 году почти 105 млн б/с. Это несколько ниже, чем прогноз в 9,5 млн б/с, обнародованный в прошлогоднем отчете, что отражает те задержки и отмены, которые наблюдались при реализации китайских и латиноамериканских проектов. Несмотря на этот фактор, глобальный избыток перерабатывающих мощностей вырастет еще на 2 млн б/с.

Географическое распределение новых предприятий будет очень неоднородным — львиная доля придется на страны, не входящие в ОЭСР, в том числе больше половины — на азиатские. Таким образом, глобальная карта нефтеперерабатывающей индустрии изменится почти до неузнаваемости. Мировые нефтеперерабатывающие центры будут находиться в Азии, на Ближнем Востоке и в США. При этом прежние лидеры из Европы и входящих в ОЭСР стран Азии и Океании уже не будут играть столь важную роль. Только с начала финансового кризиса 2008 года нефтеперерабатывающие мощности стран ОЭСР в связи с модернизацией своих НПЗ снизились на 4,6 млн б/с.

В этих условиях возможен очередной виток модернизации, поскольку средние затраты на использование НПЗ, а также и строительство новых заводов оказывают влияние на доходность индустрии. Когда страсти улягутся, закрытие НПЗ приведет к тому, что некоторые рынки окажутся в сильной зависимости от импорта.

Многие североамериканские переработчики уже пользуются преимуществами экономики масштаба, легким доступом к терминалам и новейшими технологиями. Революция, произошедшая в методах снабжения, дала им дополнительные конкурентные преимущества в виде более дешевого сырья и сниженных затрат на энергию. В связи с упадком внутреннего спроса нефтеперерабатывающая индустрия превратилась в одну из основных экспортных отраслей США, которые стали крупнейшим в мире поставщиком нефтепродуктов. В настоящее время углеводороды, включая нефть, природный газ и нефтепродукты, являются главной категорией американского экспорта, обогнав даже экспорт сельскохозяйственной продукции. В целом прогнозируется, что к концу десятилетия Северная Америка будет производить нефтепродукты в ошеломляюще избыточных масштабах.

В Азии и на Ближнем Востоке ключевой движущей силой экспансии НПЗ является рост внутреннего спроса, хотя со временем продукция этих заводов будет ориентирована на экспорт. Что касается Латинской Америки, то сокращение бюджета Petrobras на переработку и маркетинг нефти и нефтепродуктов, скорее всего, приведет к общему замедлению индустрии.

Тем не менее рост к востоку от Суэца приведет к значительному увеличению доли стран — не членов ОЭСР в сфере нефтепереработки. Они уже обошли ОЭСР в плане имеющихся мощностей, при этом разрыв в ближайшие несколько лет будет только увеличиваться.

Фактором снижения доходов нефтеперерабатывающей индустрии может стать рост поставок нерафинированной нефтяной продукции. Эти продукты, включая этан, сжиженные нефтяные газы (LPGs) и пентаны, могут заменить нафту (которую США поставляют в качестве побочного или совместного продукта, получаемого из природного газа) в дополнение к биотопливу, а также газу и углю, переработанным в жидкое топливо. Ожидается, что к 2019 году на долю сжиженного природного газа будет приходиться 10% мировых поставок. При этом отличительной чертой изменившейся экономики индустрии будет внешняя торговля этаном.



Список статей
Нефть, газ и политика  Сергей Гахов 
Утилизируй это!  Сергей Смирнов 
Повод для торга  Редакционный обзор 
Дефицит заказывали?  Сергей Смирнов 
RENAULT R/EVOLUTION  Volvo Group Kazakhstan 
Лидеры дают карт-бланш  Редакционный обзор 
Пойдем на понижение?  Сергей Зелепухин 
Как удержать клиентов?  Visotsky Consulting Inc. 
· 2017 MMG
· 2016 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2015 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2014 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2013 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2012 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2011 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2010 №1  №2  №3  №4  №5/6
· 2009 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2008 №1  №2  №3  №4  №5/6
· 2007 №1  №2  №3  №4
· 2006 №1  №2  №3  №4
· 2005 №1  №2  №3  №4
· 2004 №1  №2  №3  №4
· 2003 №1  №2  №3  №4
· 2002 №1  №2  №3  №4
· 2001 №1/2  №3/4  №5/6
· 2000 №1  №2  №3





Rambler's
Top100
Rambler's Top100

  WMC     Baurzhan   Oil_Gas_ITE   Mediasystem