USD/KZT 352.54 
EUR/KZT 415.15 
 KAZAKHSTAN №2, 2012 год
 Непростая дилемма
АРХИВ
Непростая дилемма
 
Редакционный обзор
 
 
 
Для НПФ Казахстана последние пять лет ознаменовались хроническим отставанием уровня доходности от инфляции. Дело дошло до того, что в январе Президент поручил Правительству совместно с Национальным банком подготовить ко второму полугодию предложения по совершенствованию накопительной пенсионной системы. И хотя назначенный срок уже близок, ничего другого как муссировать тему о возможном повышении пенсионного возраста женщин, наши чиновники так и не придумали.
 
 
 
Действительно, накопительная пенсионная система (НПС) в последнее время не отличается качественным развитием, а рост абсолютных показателей отнюдь не свидетельствует об ее эффективности. Так, если объем пенсионных накоплений казахстанцев по итогам прошлого года достиг 2,65 трлн тенге ($17,9 млрд), увеличившись на 17,4 %, то чистый инвестиционный доход НПФ вырос лишь на 50 млрд тенге, что является одним из самых низких показателей за последние годы. Доходность отечественных пенсионных фондов (НПФ) за 2011 год составила 2,6 % при уровне инфляции в 7,4 %.
 
 
 
При этом, согласно данным исследования рейтингового агентства «Эксперт РА Казахстан», разница между уровнем инфляции и доходностью постоянно растет. Так, за последние 5 лет этот разрыв увеличился в два раза, то есть при доходности НПФ в 30 % уровень инфляции составил 60 %. «Основная проблема в том, что НПФ не могут продемонстрировать доходность выше уровня инфляции. Это грозит тем, что разница между тем, что человек получит на пенсии и тем, когда он зарабатывал, будет перевешивать в сторону зарплаты», – отметил Арман Жахин, заместитель генерального директора «Эксперт РА Казахстан».
 
 
 
При этом в отчете о финансовой стабильности Национального банка отстающая доходность НПФ отнесена к системным рискам финансового сектора, значимость которых будет расти в долгосрочном периоде. «Низкая доходность пенсионных активов не позволяет компенсировать инфляцию и может в перспективе привести к возникновению существенной нагрузки на государственный бюджет в связи с необходимостью обеспечения сохранности пенсионных накоплений, с учетом инфляции в рамках существующей системы государственных гарантий. В случае если реальная доходность НПФ не вырастет, появятся предпосылки для возникновения кризиса всей пенсионной системы».
 
 
 
Получается, что, отказавшись от солидарной системы в 1998 году с целью экономии бюджета, Казахстан ничего не выиграл, а НПС пока не оправдывает возложенных на нее ожиданий. Напомним, что проведенная 14 лет назад реформа должна была решить две главные задачи. Во-первых, за счет накоплений обеспечить гражданам страны достойную старость. Во-вторых, инвестировать пенсионные взносы, аккумулированные в НПФ, в развитие реального сектора экономики и инфраструктуры, а затем, получив доход от этих отраслей, часть распределить по пенсионным счетам вкладчиков, а часть направить в госбюджет.
 
 
 
Насколько удалось решить первую задачу, можно судить по словам председателя Ассоциации пенсионных фондов Казахстана Айдара Алибаева: «Наверное, у выпускников вузов есть время что-то накопить, а люди среднего возраста, больше половины своей жизни проработавшие в солидарной системе СССР, на счету имеют не более 350 тысяч тенге. Разве может хватить этих денег в старости? Что касается второй, то сегодня вряд ли кто-то сможет показать хотя бы одно предприятие, построенное на пенсионные средства».
 
 
 
Нынешнее печальное положение дел в НПС, прежде всего, обусловлено отсутствием хороших финансовых инструментов вследствие неразвитости фондового рынка. Более того, в период кризиса НПФ получили значительные убытки из-за дефолтов по ценным бумагам БВУ и некоторых негосударственных эмитентов. Неудивительно, что наибольшую долю в их инвестиционных портфелях сейчас занимают государственные ценные бумаги (ГЦБ) как наименее рискованные финансовые инструменты: на 1 апреля 2012 года она составила 49,9 % от общего объема инвестированных пенсионных активов, или 1 357,6 млрд тенге. При этом только за март НПФ вложили в ГЦБ около 62,9 млрд тенге. Кроме того, интерес НПФ к гособлигациям обусловливается тем, что их приобретение не требует дополнительной капитализации, как это предписывается при покупках акций или облигаций частных компаний. И все бы ничего, если бы не тот, факт что ГЦБ обладают наименьшей доходностью среди всех финансовых инструментов.
 
 
 
По словам председателя правления АО «НПФ Республика» Дамира Хайбуллина, сегодня предложение безрисковых ГЦБ с достаточной нормой доходности ограничено в силу профицита государственного бюджета. «Понятно, что при существующих поступлениях нефтедолларов в бюджет государству абсолютно невыгодно, выпуская ГЦБ, «занимать» деньги у пенсионных фондов. Вот и получается замкнутый круг, выйти из которого без потерь в ближайшее время вряд ли представляется возможным». Как считает этот эксперт, оздоровить пенсионную ситуацию могло бы ограничение экспорта нефти и прочих ресурсов. «Экспорт сырья нас сильно расслабляет, более того, именно он за счет увеличения денежной массы способствует росту инфляции. Ограничение поступления нефтяных денег в бюджет во многом изменило бы подходы государства к развитию, определило бы истинную стоимость денег в стране, и, исходя из этого, ставки по ценным бумагам мгновенно бы выросли».
 
 
 
В свою очередь, председатель правления НПФ «Атамекен» Кантар Орынбаев полагает, что регуляторам нужно определиться с приоритетами: для чего и кого были созданы фонды – для государства или для вкладчиков. «Если система создавалась для финансирования экономики, то с этим она успешно справляется. Сегодня более триллиона тенге пенсионных денег финансируют дефицит бюджета государства. Более 70 млрд находится в корпоративном секторе. Однако если система создавалась с целью переноса доходов вкладчиков из работоспособного возраста в неработоспособный, то с этим она справляется плохо, так как имеют место потери реальной стоимости накоплений. Между этими двумя задачами существует конфликт интересов. В результате получается, что пенсионная система наполнила экономику республики дешевыми деньгами. И для того, чтобы поднять доходность НПФ, надо повысить как ставки по ГЦБ, так и в целом на рынке. Но тогда к пенсионным фондам вновь возникнут претензии по поводу плохого финансирования экономики страны. Поэтому изначально необходимо разобраться, что именно требуется от пенсионной системы».
 
 
 
Два пути: куда пойти?
 
 
 
Примечательно, что в Чили, на родине модели, которую наша страна выбрала в качестве образца для подражания, уже признали несостоятельность НПС. Там пришлось ввести солидарную часть для тех, кто выпал из накопительной системы, – самозанятых, малоимущих и др. Государство ввело наказание в виде принудительной ликвидации фондов за их недостаточную доходность, а для того, чтобы НПФ могли ее обеспечить, было предусмотрено пять видов портфелей – от предельно рискованного до максимально безопасного (при этом пожилым людям рисковать своими накоплениями запрещено законом). В 2010 году средняя пенсия чилийца составляла $250, при ВВП на душу населения по паритету покупательной способности (ППС) в $14 982. В Казахстане сейчас аналогичный размер пенсии, но получают ее все еще из бюджета, а ВВП на душу по ППС у нас составляет $12 400.
 
 
 
На родине «пенсионного чуда» уже давно поняли, что полностью надеяться только на НПС нельзя, а потому решили модернизировать систему. Похоже, что и Казахстану пора признать ошибочность своего выбора. По мнению Армана Жахина, предпосылок к значительному росту доходности НПФ в ближайшее время нет, и для изменения ситуации однозначно нужны реформы.
 
 
 
Сейчас в экспертном сообществе активно обсуждаются два основных сценария развития отечественной пенсионной системы. Первый базируется на довольно радикальном предложении Всемирного банка – привлечь единого внешнего управляющего с дальнейшей консолидацией фондов и инвестированием активов в международные ценные бумаги. Однако большинство аналитиков назвали это предложение протекционистским и считают необоснованным вывод пенсионных накоплений за рубеж, притом что у самого Казахстана множество внутренних проблем. С их мнением согласился и глава Нацбанка Григорий Марченко: «Думаю, что в условиях финансового кризиса у них есть задача собирать деньги для развитых стран любыми способами, поэтому они решили и эти $18 млрд подобрать». При этом нет никакой гарантии, что зарубежный управляющий сможет справиться с проблемой низкой доходности лучше, чем наши собственные НПФ, а отсутствие международных инвесторов на казахстанском рынке пенсионных накоплений свидетельствует о том, что они просто не могут работать при существующей регуляторной базе.
 
 
 
Второй сценарий – это реформирование рынка в рамках существующей модели. По мнению «Эксперт РА Казахстан», пенсионной системе для повышения эффективности не требуется кардинальной перестройки. Этого можно добиться, расширив перечень инструментов для НПФ за счет индексированных облигаций МЕУЖКАМ, инфраструктурных облигаций, инструментов хеджирования и иностранных ценных бумаг. При этом расширение перечня инвестиций должно сопровождаться либерализацией регулирования в части требований к капитализации НПФ.
 
 
 
Однако у идеи либерализации тоже есть свои подводные камни. Например, скандал с инвестиционной компанией AIJ показывает серьезные просчеты властей Японии, которые предоставили частным пенсионным фондам свободу действий в инвестировании накоплений. Менеджмент AIJ признал, что фальсифицировал финансовую отчетность, чтобы скрыть убытки и привлечь клиентов. В общей сложности за 9 лет работы AIJ потеряла $1,3 млрд.Отчасти виной тому – непрофессионализм менеджеров НПФ, которые поверили в благоприятные условия, предлагаемые AIJ. По информации Министерства здравоохранения, труда и благосостояния Японии, 80 % местных пенсионных фондов вообще не имеют опыта в управлении активами, поэтому доверяют средства инвестиционным компаниям.
 
 
 
Поднять нельзя оставить
 
 
 
В любом случаеокончательное решение по дальнейшему существованию НПС остается за государством. Еще 7 февраля министр труда и социальной защиты населения Гульшара Абдыкаликова сообщила о том, что в рамках исполнения поручения Президента в Казахстане создана рабочая группа во главе с вице-премьером Кайратом Келимбетовым по совершенствованию пенсионной системы. При этом она сразу предупредила, что внести предложения группа должна до 1 июля, а потому «мы полгода поработаем». Оно и понятно – задача перед чиновниками стоит непростая, тем более что кризис пенсионного обеспечения сегодня становится глобальной тенденцией.
 
 
 
Так, например проблемы в экономике, возникшие на фоне кризиса, вынудили ЕС подготовить проект радикального изменения европейской пенсионной системы. Речь идет о подъеме пенсионного возраста до 75 лет либо полной его отмены во всех странах ЕС. «Ясно, что необходимо и повышать пенсионный возраст во всех странах, и увеличивать размер пенсионных отчислений, причем делать это одновременно. Европейский долговой кризис предоставляет очень хорошую возможность для самых решительных действий», – заявил по этому поводу еврокомиссар по вопросам занятости и социальной политики Ласло Андор.
 
 
 
Разговоры о необходимости реформирования пенсионной системы велись и до нынешнего кризиса, но увязывались с объективными процессами старения населения индустриальных стран. Сегодня аналогичные процессы отмечаются и в постсоветских государствах. Вот только причины этой проблемы у нас разные. Если в развитых странах фактор старения нации связан с тем, что люди стали лучше жить, а рождаемость снизилась в связи с их нежеланием обременять себя родительскими заботами, то в государствах СНГ корень старения в другом. Рождаемость резко понизилась в 90-е годы, когда постсоветские республики переживали политический и экономический шок, а люди испытывали неуверенность в завтрашнем дне. Согласно прогнозам старения населения Центральной Азии, число работающих граждан по отношению к пенсионерам сократится в Туркменистане в 3,2 раза (сейчас 16 к одному), в Узбекистане – в 3 раза (15 к 1), в Кыргызстане – в 2,6 раза (13 к 1), в Казахстане – в 2,5 раза (10 к 1), а в Таджикистане – в 2,3 раза (16 к 1).
 
 
 
Неудивительно, что наши чиновники вновь стали активно муссировать идею поднять пенсионный возраст женщин до мужского уровня. Основной аргумент, которым руководствуются авторы этой инициативы, состоит в том, что срок дожития казахстанских женщин после выхода на заслуженный отдых составляет 20 лет, тогда как у мужчины всего 12 лет. Как заявил Григорий Марченко, поэтапное выравнивание выхода женщин на пенсию в 63 года может занять 10 лет с момента вступления в силу соответствующей законодательной нормы, правда, он сразу же оговорился, что пока такой закон не рассматривался.
 
 
 
Между тем представители общественности убеждены, что в призывах к гендерному равенству кроется явный подтекст: пенсионные фонды не готовы взять на свое содержание большое количество людей, которые подошли к пенсионному возрасту и хотят уйти на заслуженный отдых. «Прежде чем говорить о повышении пенсионного возраста в Казахстане, нужно улучшать здравоохранение, повышать уровень и продолжительность жизни, создавать более надежные социальные гарантии материнства», – уверен экс-депутат Мажилиса Парламента Аманжан Жамалов.

 

 
 
В свою очередь, по мнению экономиста Петра Своика европейскую инициативу об увеличении пенсионного возраста в условиях Казахстана надо формулировать по-другому. «Там возраст выхода на пенсию подтягивают к средней продолжительности жизни. Если эту же тенденцию подводить к нам, то с нашей реальной продолжительностью жизни пенсионный возраст надо уменьшать».
 
 
 
Судя по бурной реакции общества на «прощупывающие» высказывания о возможном повышении пенсионного возраста для женщин, а впоследствии и для мужчин, просто так протолкнуть эту идею вряд ли получится.
 
 
 
Сегодня в условиях высоких мировых цен на сырье для государства было бы более честно вновь взять на себя часть обязательств, от которых оно отказалось в трудные годы переходного периода, и создать новую концепцию пенсионного обеспечения, сочетающую солидарную и накопительную системы. Тем более, что сейчас на поддержку пенсионеров оно тратит даже меньше, чем наши менее благополучные в экономическом плане соседи. Для справки: на данный момент отношение государственных пенсионных отчислений к ВВП в Узбекистане составляет 6,5 %, в Кыргызстане – 4,8 %, в Таджикистане – 2,4 %, в Туркменистане – 2,3 %, а в Казахстане – 2,2 %. Как говорится – комментарии излишни.
 
 


Список статей
Новые стандарты взаимодействия  Галия Джунусалиева 
Горняки ждут перемен   Редакционный обзор 
Совет да любовь!  Редакционный обзор 
Энергии хватит… если экономить  Редакционный обзор 
Непростая дилемма  Редакционный обзор 
Моногорода: будем жить?   Сергей Смирнов 
· 2017 MMG
· 2016 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2015 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2014 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2013 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2012 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2011 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2010 №1  №2  №3  №4  №5/6
· 2009 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2008 №1  №2  №3  №4  №5/6
· 2007 №1  №2  №3  №4
· 2006 №1  №2  №3  №4
· 2005 №1  №2  №3  №4
· 2004 №1  №2  №3  №4
· 2003 №1  №2  №3  №4
· 2002 №1  №2  №3  №4
· 2001 №1/2  №3/4  №5/6
· 2000 №1  №2  №3





Rambler's
Top100
Rambler's Top100

  WMC     Baurzhan   Oil_Gas_ITE   Mediasystem