USD/KZT 367.06 
EUR/KZT 416.17 
 KAZAKHSTAN №1, 2010 год
 Таможенная партитура для политического трио
АРХИВ

Таможенная партитура для политического трио
 
 
 
 
 Сергей Смирнов
 

Уже три месяца Казахстан живет в условиях Таможенного союза, однако до сих пор неясно, насколько выгодно нам участие в этой организации. Хотя экономический кризис научил: надо держаться вместе, расширять рынки и интегрировать экономики, – эксперты приводят многочисленные доводы как «за», так и «против» ТС.

 
 
Важнейшим событием 2010 года стало вступление в силу с 1 января Договора о Таможенном союзе Беларуси, России и Казахстана. ТС предполагает отсутствие между странами-участницами таможни на границах, общие ставки пошлин и единую систему нетарифного регулирования внешней торговли. Вместе с тем Таможенный союз – это еще и общая политика экономического и индустриального развития, что должно ускорить процессы модернизации экономик, а значит, повысить их глобальную конкурентоспособность.
 
 

Однако есть моменты, которые омрачают эту радужную картину. Несмотря на то что идея родилась еще лет 15 назад, основные решения по ТС принимались в пожарном порядке и очень плохо проработаны технически. Российский премьер Владимир Путин заявил о намерении создать Таможенный союз в июне прошлого года, а уже 27 ноября на саммите межгосударственного совета ЕврАзЭС в Минске и 11 декабря на заседании глав правительств стран ЕврАзЭС в Санкт-Петербурге были подписаны документы, запускающие механизм ТС. Результатом мелких и крупных недоработок в разных сферах стало возникновение множества серьезных, и не очень, проблем. Так, не был определен даже порядок выдачи бланков для получения лицензий. В итоге, к примеру, 1 января 2010 года ввезти продукцию на территорию России не смогли импортеры вина, витаминов и др.

 
 

Предстоит и большая работа по унификации торговых отношений с третьими странами: у России насчитывается около 120 торговых договоров, у Казахстана – 50, у Беларуси – 40. Определенные проблемы связаны и с нестыковкой в национальных законодательствах. К примеру, во всех странах-участницах разный уровень НДС. Причем в Казахстане, по мнению экспертов, НДС – это в значительной мере налог с оборота, а не с добавленной стоимости. Поэтому казахстанский товаропроизводитель больше зажат налогами, чем в России и Беларуси.

 
 
Серьезные просчеты связаны и с таможенными пошлинами. При формировании единого таможенного тарифа ориентация в основном была сделана на уровень российских тарифов. И это понятно. Россия имеет больший экономический потенциал, больший удельный вес в экономике ТС, и ей есть что терять – автопром, авиапром и другие важнейшие отрасли промышленности.
 
 
 
В Казахстане же таможенный тариф с третьими странами в большинстве своем был ниже российского, поскольку республика импортирует очень широкий спектр готовой продукции. Как результат, в ТС нас ожидает увеличение импортных таможенных пошлин почти по трети всего списка внешнеэкономической деятельности. Повышение таможенного тарифа с третьими странами (по некоторым позициям на 20–30%) автоматически ведет к переключению потребительского рынка на российские товары, а значит, уменьшению товарооборота с третьими странами, чья продукция, естественно, станет дороже.
 
 
 
Самое главное, подписанты заранее не договорились о ключевом вопросе, который еще в 90-х годах похоронил российско-белорусскую зону свободной торговли: как делить таможенные поступления. А ведь роль таможенных пошлин в экономике стран-участниц огромна. Например, в 2009 году в федеральный бюджет России поступило 3,5 трлн рублей таможенных платежей, что составило 52% всех доходов государства. Для сравнения: в бюджетах США и Китая на таможенные пошлины приходится соответственно менее 1% и около 12%.
 
 
 
Проблему «дележки» пришлось решать в самом срочном порядке. Россия и Казахстан предлагали следующую пропорцию: 86,5% отдать России, 8,5% – Казахстану и 5% – Беларуси. Последняя настаивала на дополнительных 0,3%. По итогам прошедшего 26 февраля заседания комиссии Таможенного союза доля Казахстана сократилась до 7,36%, а доля Беларуси, соответственно, возросла. Однако и эти цифры нельзя считать окончательными. Они будут утверждены и войдут в трехсторонний договор после того, как эксперты тщательно изучат статистику внешней торговли на основе международных методик. Все эти неувязки говорят о том, что создание Таможенного союза – в первую очередь шаг политический, а не экономический.
 
 
 
Минусы…
 
 

Итак, многие экономические аспекты ТС оказались не просчитаны. Между тем сроки для устранения недочетов очень сжатые. С 1 июля 2010 года начнет действовать единый Таможенный кодекс и должна быть создана единая таможенная территория союза. Текст Таможенного кодекса после сложных переговоров комиссия ТС согласовала только 26 февраля. Три государства введут единый импортный тариф по отношению к третьим странам и намереваются проводить единую внешнеторговую политику, а в перспективе (в рамках ЕЭП) – согласовывать свою налоговую, валютную и фискальную политику. 

 
 

Первые экономические проблемы ТС уже высветили эпизоды с поставками нефти в Беларусь и Казахстан. Напомним, российская таможня потребовала уплаты 100% экспортной пошлины на нефть, поставляемую в страны ТС. Ситуация с поставками в Казахстан быстро стабилизировалась: буквально в течение нескольких дней было получено разъяснение Федеральной таможенной службы России (ФТС) о неприменении экспортных ставок на нефть и нефтепродукты. С Беларусью все оказалось гораздо сложнее, поскольку она закупает значительные объемы российской нефти, а продукты ее переработки поставляет в страны Восточной Европы. Нефть является единственным товаром во взаимной торговле с Беларусью, в отношении которого Россия применяет экспортные пошлины. Как заявил в одном из своих интервью посол РФ в Беларуси Александр Суриков, «это просто сумасшедшие деньги. Энергоносители в процессе поступления, переработки и вывоза составляют больше 30 процентов белорусского бюджета».

 
 

Минск, ссылаясь на создание Таможенного союза, требует беспошлинных поставок. Стороны заключили временное соглашение до 1 июля 2010 года, согласно которому Беларусь получает беспошлинно нефть для внутреннего потребления (в объеме 6,3 млн тонн) и нефть, перерабатываемую на давальческих условиях для российских компаний. Остальные объемы нефти облагаются 100-процентной таможенной пошлиной. Россия, возможно, продемонстрирует готовность пойти на уступки, но это будет связано со взаимными уступками Беларуси. В частности, Москва может уменьшить или вообще отменить пошлины в обмен на допуск к белорусским НПЗ.

 
 

Неоднозначна ситуация и для Казахстана. В конце прошлого года вице-премьер Умирзак Шукеев заявил, что создание ТС в ближайшие годы позволит увеличить ВВП страны на $20 млрд. Однако, по словам начальника управления таможенных доходов Комитета таможенного контроля Министерства финансов РК Елены Канашкиной, только в этом году из-за сокращения таможенных поступлений в бюджет страны недопоступит около 75 млрд тенге ($500 млн).

 
 

Кроме того, долгие годы сидения Казахстана на «нефтяной трубе», когда реальному сектору экономики не уделялось должного внимания, привели к тому, что сейчас завоевывать открывшиеся рынки соседей, по сути, нечем. Поэтому какое-то время Казахстану придется оставаться рынком сбыта для российской и белорусской продукции, и рост доли товаров из этих стран ударит по отечественному предпринимательству. Смогут выжить те, кто будет лучше работать. Вместе с тем правительство все же уверено, что Таможенный союз станет трамплином для избавления страны от сырьевой зависимости.

 
 

..и плюсы

 
 

Многие эксперты считают, что существующие пока «издержки» с лихвой перекроются преимуществами, которые получат от ТС его участники. Союз открывает широкие возможности не только для восстановления старых технологических связей и, соответственно, утраченного потенциала предприятий с высокой добавленной стоимостью, но и для реализации на просторах Евразии крупных транзитных проектов, связывающих пятисотмиллионный Евросоюз с полуторамиллиардным Китаем.

 
 
Учитывая научно-технологический потенциал России и Беларуси, а также ресурсный потенциал Казахстана, страны ТС смогут решать серьезные фундаментальные задачи – от проблемы становления Единого экономического пространства до реализации поставок наукоемкой и высокотехнологичной продукции на мировые рынки. При этом следует признать, что, во-первых, ТС несет значительно меньше угроз для местного товаропроизводителя, чем ВТО. Во-вторых, союз может стать своего рода катализатором повышения конкурентоспособности для местных товаропроизводителей, заставив их думать о новых технологиях и дизайне своей продукции. Наглядный пример – это продукция АО «Рахат», которая выдерживает конкуренцию с российскими, и украинскими конфетами.
 
 

В случае успеха Таможенный союз превратится в интеграционное объединение с населением около 200 млн человек, совокупным ВВП в размере более $2 трлн и товарооборотом $900 млрд. РасчетыРоссийской академии наук показывают, что Россия за счет интеграционного фактора получит дополнительно 16,8% от современного уровня ВВП, Беларусь – 16,1%, Казахстан – 14,7%. По оценкам российского Института народнохозяйственного прогнозирования, Таможенный союз к 2015 году обеспечит суммарный прирост экономик стран-участниц на $400 млрд.

 
 

Безусловно, создание ТС является одним из процессов интеграции на постсоветском пространстве, первым шагом к формированию ЕЭПсо всей полагающейся ему атрибутикой. В том числе и единой валютой. Хотя ранее Россия весьма активно лоббировала в качестве региональной валюты свой рубль, тем не менее понятно, что единым средством расчетов не станет валюта какой-либо страны. Так, еще в 2003 году Казахстан выступил с инициативой введения в рамках ЕврАзЭС единой наднациональной межгосударственной валютно-расчетной единицы – «алтын». Однако, если в ЕС процесс создания новой валюты растянулся не на одно десятилетие, то страны – участники ТС хотят пройти этот путь гораздо быстрее и создать новую платежную систему (то есть ввести свою валюту для безналичных расчетов) всего за пару лет.

 
 

Несомненно, есть и те, кто уже выигрывает от ТС. В Казахстане, к примеру, это крупные компании-экспортеры – поставщики угля, руды, нефти, черных металлов и зерна. Для них снижен железнодорожный тариф, который раньше был в два раза выше внутрироссийского. Кроме того, до 2014 года не будет повышаться плата за транзит казахстанской нефти через российскую территорию.

 
 

По словам министра финансов Болата Жамишева, введение Таможенного кодекса и Соглашения по косвенным налогам устранит административные барьеры и снизит фискальную и административную нагрузку на предпринимателей. Упразднение института лицензирования деятельности в сфере таможенного дела исключит необходимость уплаты лицензионного сбора (размер которого в настоящее время составляет в среднем от 5000 до 19000 евро). Кроме того, отпадет необходимость в оплате услуг таможенных брокеров при взаимной торговле (оформление документа контроля доставки на казахстанско-российской границе в среднем составляет 3000 тенге, а одной грузовой таможенной декларации – 12000–22000 тенге).

 
 

С созданием ТС казахстанские потребители смогут рассчитывать на получение более качественных ГСМ, ликвидацию искусственной диспропорции цен на бензин и дефицита топлива.

 
 
Проблема расширения
 
 

В настоящее время на самом высоком уровне обсуждаются правила приема в Таможенный союз новых государств. Уже сейчас о намерении присоединиться к нему заявили Таджикистан и Кыргызстан, рассматривается возможность подключения к процессу Украины. Однако две последние страны, как участники ВТО, уже связаны по тарифам членством в этой организации и потому могут участвовать в союзе лишь в той мере, которая не противоречит правилам ВТО. Вместе с тем, поскольку Россия, Казахстан и Беларусь являются основными торговыми партнерами Украины, Киеву придется искать какие-то компромиссы. По данным Госкомстата Украины, в январе–октябре 2009 года экспорт украинских товаров в эти страны составил 28% всего объема, а импорт из них – 35,8%.

 
 

В случае успешной работы ТС возможно присоединение к нему и других постсоветских республик с последующим формированием общего экономического пространства с Евросоюзом. Такая перспектива особенно заманчива: создание между странами крепких экономических, политических и социальных взаимосвязей сделает военные конфликты на континенте невозможными. Однако представляется, что сейчас нет смысла быстро расширяться, повторяя ошибки Евросоюза, который не смог переварить «поглощенные» им территории.

 
 

Будем пить шампанское?

 
 

Следует отметить, что, несмотря на все радужные перспективы, пока Таможенный союз – это преимущественно политический проект с плохо просчитанными рисками. Уже понятно, что вследствие спешки не были учтены даже самые очевидные из них. За непродолжительное время выявились серьезные конфликты интересов как между странами-участницами, так и разными ведомствами и группировками в правительствах.

 
 

Эксперты отмечают полную неразбериху, которая творится, к примеру, в вопросе торговой защиты «союзных» рынков. Для единой таможенной территории жизненно важно, чтобы этим занимался наднациональный орган, но пока решения о применении инструментов торговой защиты остаются за странами-участницами. Получается, что если, к примеру, в отношении какой-либо зарубежной продукции будут действовать антидемпинговые меры только в одной из стран ТС, то ее можно завезти через территории остальных.

 

Риски связаны и с тем, что руководство стран ТС, привыкшее управлять экономикой в ручном режиме, не вполне осознает, как этот проект увязать с решением существующих в странах внутренних проблем. По сути, «таможенное трио» стремится защитить своих товаропроизводителей и торговцев от внешней экспансии, прежде всего от транснациональных корпораций. Основная опасность сегодня заключается в отсутствии механизма обратной связи: законодательная инициатива реализуется исключительно правительством, при этом мнение отечественного бизнеса и потребителей никто даже не спрашивает. Нас снова пытаются, как и десятилетия назад, «железной рукой загнать в царство свободы», проектируемое по лекалам властей. Однако без механизма обратной связи общество и власть никогда не найдут взаимопонимания.

 
 

Тот факт, что политическая воля опережает экономические возможности, может привести к тому, что Таможенный союз, не заработав в полной мере, разделит участь многих других амбициозных, но так и не реализованных проектов. Подписание документов о создании союза вовсе не означает, что дальше нас автоматически ждет экономическое процветание. Для этого в партитуру для таможенного трио предстоит вписать еще очень много новых нот, причем для всех ее частей – от унификации различных нормативных документов до оперативного реагирования на конфликты между хозяйствующими субъектами.



Список статей
Новые правила старой игры  Редакционный обзор 
Год начался и пройдет ФИИРично  Редакционный обзор 
Замедление и трансформация  Александр Васильев 
Без перемен не обойтись  Алексей Нигай 
Экономика: итоги года  Юрий Шокаманов 
· 2017 MMG
· 2016 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2015 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2014 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2013 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2012 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2011 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2010 №1  №2  №3  №4  №5/6
· 2009 №1  №2  №3  №4  №5  №6
· 2008 №1  №2  №3  №4  №5/6
· 2007 №1  №2  №3  №4
· 2006 №1  №2  №3  №4
· 2005 №1  №2  №3  №4
· 2004 №1  №2  №3  №4
· 2003 №1  №2  №3  №4
· 2002 №1  №2  №3  №4
· 2001 №1/2  №3/4  №5/6
· 2000 №1  №2  №3





Rambler's
Top100
Rambler's Top100

  WMC     Baurzhan   Oil_Gas_ITE   Mediasystem